В последние годы новости об отключениях интернета перестали кого-либо удивлять. Где-то несколько часов не работает мобильная связь, где-то перестают открываться привычные сервисы, где-то невозможно вызвать такси, оплатить покупку или просто написать близким. И что любопытно — общество реагирует на это уже совсем не так, как пятнадцать лет назад.
Тогда интернет был по большей части удобством. Если он исчезал на несколько часов, это воспринималось примерно как отключение кабельного телевидения: неприятно, но жизнь продолжалась. Сегодня даже короткий сбой вызывает совсем другое чувство. Не потому, что люди не могут посмотреть ролики или полистать новости. Просто вдруг перестают работать вещи, которые мы уже давно не связываем с самим интернетом.
Навигация, банковские приложения, доставка, рабочие системы, государственные сервисы, связь с коллегами и друзьями — всё это давно стало частью повседневной жизни. Мы настолько к этому привыкли, что перестали замечать простую вещь: интернет незаметно перестал быть отдельной технологией.
Когда-то человек жил исключительно в естественной среде. Потом появилась другая — созданная им самим. Города, дороги, мосты, железные дороги, электростанции, водопровод. Эта искусственная среда постепенно стала настолько привычной, что мы перестали воспринимать её как технологию. Никто ведь не говорит: «Сегодня я воспользовался дорогой» или «Я воспользовался электричеством». Мы просто живём внутри этой среды — так же естественно, как звери живут в лесу, а рыбы не замечают воды, пока она вокруг есть.
Похоже, сегодня происходит ещё один такой переход. Только теперь возникает уже не материальная, а информационная среда существования общества. Среда, через которую проходят связь, деньги, производство, образование, государственное управление и всё большая часть человеческих отношений. Поэтому разговор об интернете всё меньше похож на разговор о технологии. Мы постепенно начинаем понимать, что речь идёт уже о среде, внутри которой существует современная цивилизация.
А если это действительно новая среда существования общества, то совсем иначе начинают выглядеть и любые попытки её разрушить.
Именно поэтому вопрос связности интернета уже нельзя сводить к удобству пользователей, коммерческим интересам отдельных компаний или борьбе государств за влияние. Всё это, безусловно, существует. Но есть проблема куда серьёзнее.
Представьте человека, который решил разрушить мост между двумя городами. Нас вряд ли станет волновать, какими именно мотивами он руководствовался — политическими, коммерческими или какими-то ещё. Потому что мост давно перестал быть просто инженерным сооружением. Он стал частью общей среды, без которой нормальная жизнь миллионов людей оказывается нарушена.
Со связностью интернета начинает происходить то же самое. Любое покушение на неё — неважно, совершается ли оно ради прибыли, контроля, политических целей или даже из самых благих побуждений, — постепенно перестаёт быть частным вопросом. Оно становится вмешательством в общую среду существования общества.
Возможно, мы ещё не до конца осознали масштаб этой перемены. Мы по-прежнему говорим об интернете языком начала двухтысячных, будто это место, куда можно «зайти» или «не зайти». Но современная цивилизация уже живёт иначе.
XX век научил человечество беречь дороги, энергосистемы и водопроводы, потому что без них невозможно существование сложного общества. Похоже, XXI век поставит перед нами ещё одну задачу: научиться беречь связность новой среды, без которой современная цивилизация тоже уже не сможет нормально жить, работать и развиваться.
Если задуматься, дороги соединяют города, линии электропередачи соединяют энергосистему, а интернет давно перестал соединять компьютеры. Сегодня он соединяет людей, организации, экономику, управление и всё то, что делает общество единым целым.
И да, мы больше не пользуемся интернетом — мы уже давно живём внутри него.